Неточные совпадения
Герой Нашего Времени, милостивые государи мои, точно портрет, но не одного
человека: это портрет, составленный из пороков всего нашего поколения, в полном их
развитии.
На остальных же, бывших в распивочной, не исключая и хозяина, чиновник смотрел как-то привычно и даже со скукой, а вместе с тем и с оттенком некоторого высокомерного пренебрежения, как бы на
людей низшего положения и
развития, с которыми нечего ему говорить.
Он считал русского мужика стоящим по
развитию на переходной ступени от обезьяны к
человеку, а вместе с тем на земских выборах охотнее всех пожимал руку мужикам и выслушивал их мнения.
«И разве не то же делают все теории философские, путем мысли странным, несвойственным
человеку, приводя его к знанию того, что он давно знает и так верно знает, что без того и жить бы не мог? Разве не видно ясно в
развитии теории каждого философа, что он вперед знает так же несомненно, как и мужик Федор, и ничуть не яснее его главный смысл жизни и только сомнительным умственным путем хочет вернуться к тому, что всем известно?»
Левин встречал в журналах статьи, о которых шла речь, и читал их, интересуясь ими, как
развитием знакомых ему, как естественнику по университету, основ естествознания, но никогда не сближал этих научных выводов о происхождении
человека как животного, о рефлексах, о биологии и социологии, с теми вопросами о значении жизни и смерти для себя самого, которые в последнее время чаще и чаще приходили ему на ум.
Другое было то, что, прочтя много книг, он убедился, что
люди, разделявшие с ним одинаковые воззрения, ничего другого не подразумевали под ними и что они, ничего не объясняя, только отрицали те вопросы, без ответа на которые он чувствовал, что не мог жить, а старались разрешить совершенно другие, не могущие интересовать его вопросы, как, например, о
развитии организмов, о механическом объяснении души и т. п.
Он даже следил, правда, с небрежною величавостию, за
развитием современной литературы: так взрослый
человек, встретив на улице процессию мальчишек, иногда присоединяется к ней.
И — еще раз: эволюция невозможна без сотрудничества классов, — эта истина утверждается всей историей культурного
развития Европы, и отрицать эту истину могут только
люди, совершенно лишенные чувства ответственности пред историей…
Вероятно, возможны и неглупые
люди, которые, стремясь к устойчивости своих мнений, достигают состояния верующих и, останавливаясь в духовном
развитии своем, глупеют.
А ведь иные из них, ей-богу, не ниже тебя по
развитию, хоть ты этому и не поверишь: такие бездны веры и неверия могут созерцать в один и тот же момент, что, право, иной раз кажется, только бы еще один волосок — и полетит
человек «вверх тормашки», как говорит актер Горбунов.
Развитие техники и ее власть над человеческой жизнью имеют прямое отношение к теме «
человек и космос».
В самой глубине народной жизни, у лучших
людей из народа никакого народничества нет, там есть жажда
развития и восхождения, стремление к свету, а не к народности.
Сама любовь русского
человека к родной земле принимала форму, препятствующую
развитию мужественного личного духа.
Можно установить четыре периода в отношении
человека к космосу: 1) погружение
человека в космическую жизнь, зависимость от объектного мира, невыделенность еще человеческой личности,
человек не овладевает еще природой, его отношение магическое и мифологическое (примитивное скотоводство и земледелие, рабство); 2) освобождение от власти космических сил, от духов и демонов природы, борьба через аскезу, а не технику (элементарные формы хозяйства, крепостное право); 3) механизация природы, научное и техническое овладение природой,
развитие индустрии в форме капитализма, освобождение труда и порабощение его, порабощение его эксплуатацией орудий производства и необходимость продавать труд за заработную плату; 4) разложение космического порядка в открытии бесконечно большого и бесконечно малого, образование новой организованности, в отличие от органичности, техникой и машинизмом, страшное возрастание силы
человека над природой и рабство
человека у собственных открытий.
Было уже сказано, что моральное и духовное
развитие не соответствует техническому
развитию и что это создает главную причину нарушения равновесия
человека.
Но
развитие духовности в
человеке означает не отвращение от природы и техники, а овладение ими.
Изменение,
развитие, появление нового
человека возможно, как победа над ветхим
человеком.
Бесспорно,
человек находится в процессе
развития или регрессирования, он не неподвижен.
«Боже мой! — думал он, внутренне содрогаясь, — полчаса назад я был честен, чист, горд; полчаса позже этот святой ребенок превратился бы в жалкое создание, а „честный и гордый“
человек в величайшего негодяя! Гордый дух уступил бы всемогущей плоти; кровь и нервы посмеялись бы над философией, нравственностью,
развитием! Однако дух устоял, кровь и нервы не одолели: честь, честность спасены…»
— Можно ведь, бабушка, погибнуть и по чужой вине, — возражал Райский, желая проследить за
развитием ее житейских понятий, — есть между
людей вражда, страсти. Чем виноват
человек, когда ему подставляют ногу, опутывают его интригой, крадут, убивают!.. Мало ли что!
— Каково: это идеал, венец свободы! Бабушка! Татьяна Марковна! Вы стоите на вершинах
развития, умственного, нравственного и социального! Вы совсем готовый, выработанный
человек! И как это вам далось даром, когда мы хлопочем, хлопочем! Я кланялся вам раз, как женщине, кланяюсь опять и горжусь вами: вы велики!
А здесь: нервы и крепки, как у наших рабочих
людей, и развиты, впечатлительны, как у нас; приготовленность к веселью, здоровая, сильная жажда его, какой нет у нас, какая дается только могучим здоровьем и физическим трудом, в этих
людях соединяется со всею тонкостью ощущений, какая есть в нас; они имеют все наше нравственное
развитие вместе с физическим
развитием крепких наших рабочих
людей: понятно, что их веселье, что их наслаждение, их страсть — все живее и сильнее, шире и сладостнее, чем у нас.
А тем
людям, которых я изображаю вполне, вы можете быть ровными, если захотите поработать над своим
развитием.
Впрочем, мы знаем пока только, что это было натурально со стороны Верочки: она не стояла на той степени
развития, чтобы стараться «побеждать дикарей» и «сделать этого медведя ручным», — да и не до того ей было: она рада была, что ее оставляют в покое; она была разбитый, измученный
человек, которому как-то посчастливилось прилечь так, что сломанная рука затихла, и боль в боку не слышна, и который боится пошевельнуться, чтоб не возобновилась прежняя ломота во всех суставах.
Мир является великой иерархией идейных существ, идейным организмом, и в этом постижении софийности «мертвого» мира лежит заслуга оккультизма [Под оккультизмом я разумею здесь не столько современный, школьный оккультизм, воспитываемый особой тренировкой, но общую природную способность
человека проникать за кору явлений, особенно свойственную народам в ранние эпохи
развития и отразившуюся в сказке, эпосе, фольклоре, верованиях и «суевериях».], сближающая его с ««поэтическим восприятием» природы вообще.
Правда, риторическое и расплывчатое изложение Шлейермахера, особенно при дальнейшем
развитии его мысли, допускает различные истолкования, приближающие его учение то к спинозизму (Франк) [Имеется в виду предисловие С. Л. Франка к переведенным им «Речам о религии к образованным
людям, ее презирающим» Ф. Шлейермахера (М., 1911).], то к христианской ортодоксии, от которой лично он вообще не отступал и особенно приблизился к ней в позднейших своих сочинениях.
Религия, связь
человека с божеством, имеет для него значение не связи двух миров, но выражает лишь определенную стадию
развития духа [Сродным интеллектуализмом был заражен уже Фихте, и притом не только в ранний период («спора об атеизме»), но и в поздний, эпохи «Anweisung zum seligen Leben» 1806 года.
Основная мысль оккультизма, именно, что область возможного и доступного
человеку опыта и количественно и качественно может быть углублена и расширена путем соответствующей психической тренировки, «
развития высших способностей», сама по себе еще не приводит непременно к имманентизму.
Теперешний
человек соответствует настоящей стадии в
развитии земли; предыдущие ступени его существования духовно и физически отличаются от теперешней, и еще более надо это же сказать про последующие мировые эпохи:
человек есть только звено, его не было и он должен быть преодолен; эволюция ведет не к сверхчеловеку, но от
человека и за
человека.
В бумагах NataLie я нашел свои записки, писанные долею до тюрьмы, долею из Крутиц. Несколько из них я прилагаю к этой части. Может, они не покажутся лишними для
людей, любящих следить за всходами личных судеб, может, они прочтут их с тем нервным любопытством, с которым мы смотрим в микроскоп на живое
развитие организма.
Чему-нибудь послужим и мы. Войти в будущее как элемент не значит еще, что будущее исполнит наши идеалы. Рим не исполнил ни Платонову республику, ни вообще греческий идеал. Средние века не были
развитием Рима. Современная мысль западная войдет, воплотится в историю, будет иметь свое влияние и место так, как тело наше войдет в состав травы, баранов, котлет,
людей. Нам не нравится это бессмертие — что же с этим делать?
13 апреля. «Любовь!.. Где ее сила? Я, любя, нанес оскорбление. Она, еще больше любя, не может стереть оскорбление. Что же после этого может
человек для
человека? Есть
развития, для которых нет прошедшего, оно в них живо и не проходит… они не гнутся, а ломятся, они падают падением другого и не могут сладить с собой».
Несколько
человек каждого поколения оставались, вопреки событиям, упорными хранителями идеи; эти-то левиты, а может, астеки, несут несправедливую казнь за монополь исключительного
развития, за мозговое превосходство сытых каст, каст досужих, имевших время работать не одними мышцами.
В аудитории, в церкви, в клубе одинаковость стремлений, интересов идет вперед, во имя их
люди встречаются там, стоит продолжать
развитие.
Тем не меньше, хотя и дурным слогом, но близнецы «Москвитянина» стали зацеплять уж не только Белинского, но и Грановского за его лекции. И все с тем же несчастным отсутствием такта, который восстановлял против них всех порядочных
людей. Они обвиняли Грановского в пристрастии к западному
развитию, к известному порядку идей, за которые Николай из идеи порядка ковал в цепи да посылал в Нерчинск.
Прежние, устарелые, но последовательные понятия об отношениях между
людьми были потрясены, но нового сознания настоящих отношений между
людьми не было раскрыто. Хаотический простор этот особенно способствовал
развитию всех мелких и дурных сторон мещанства под всемогущим влиянием ничем не обуздываемого стяжания.
Соколовский, автор «Мироздания», «Хевери» и других довольно хороших стихотворений, имел от природы большой поэтический талант, но не довольно дико самобытный, чтоб обойтись без
развития, и не довольно образованный, чтоб развиться. Милый гуляка, поэт в жизни, он вовсе не был политическим
человеком. Он был очень забавен, любезен, веселый товарищ в веселые минуты, bon vivant, [любитель хорошо пожить (фр.).] любивший покутить — как мы все… может, немного больше.
Такого круга
людей талантливых, развитых, многосторонних и чистых я не встречал потом нигде, ни на высших вершинах политического мира, ни на последних маковках литературного и артистического. А я много ездил, везде жил и со всеми жил; революцией меня прибило к тем краям
развития, далее которых ничего нет, и я по совести должен повторить то же самое.
Обогащение личности,
развитие ее в широту и высоту может порождать обеднение в человеческом общении, разрыв с
людьми, с которыми раньше был связан.
Многое из творческого подъема того времени вошло в дальнейшее
развитие русской культуры и сейчас есть достояние всех русских культурных
людей.
Мне кажется, что ум человеческий в каждом отдельном лице проходит в своем
развитии по тому же пути, по которому он развивается и в целых поколениях, что мысли, служившие основанием различных философских теорий, составляют нераздельные части ума; но что каждый
человек более или менее ясно сознавал их еще прежде, чем знал о существовании философских теорий.
Устанавливают три периода в идейном
развитии Белинского: 1) нравственный идеализм, героизм; 2) гегелевское принятие разумности действительности; 3) восстание против действительности для ее радикального изменения во имя
человека.
Вывод его таков, что в Северном Сахалине «возможно существование для племен, стоящих даже на относительно низкой степени умственного
развития; очевидно, здесь жили
люди и веками выработали способы защищаться от холода, жажды и голода; весьма вероятно при этом, что древние обитатели жили здесь сравнительно небольшими общинами и не были народом вполне оседлым».
Если же вы не захотите нас удовлетворить, то есть ответите: нет, то мы сейчас уходим, и дело прекращается; вам же в глаза говорим, при всех ваших свидетелях, что вы
человек с умом грубым и с
развитием низким; что называться впредь
человеком с честью и совестью вы не смеете и не имеете права, что это право вы слишком дешево хотите купить.
— В Твери, — подтвердил генерал, — перед самою смертью состоялся перевод в Тверь, и даже еще пред
развитием болезни. Вы были еще слишком малы и не могли упомнить ни перевода, ни путешествия; Павлищев же мог ошибиться, хотя и превосходнейший был
человек.
Непривычному, неразвитому слуху непонятна вся прелесть художественной музыки, недоступно наслаждение потрясающими чувства и возвышающими дух созвучиями; но вечно юная, вечно прекрасная музыка Глинки обаятельно действует на русского
человека, стой он на высоте
развития или живи полудикарем в каком-нибудь безвестном захолустьи.
В тогдашней литературе романов не было ни одной вещи в таком точно роде. Ее замысел я мог считать совершенно самобытным. Никому я не подражал. Теперь я бы не затруднился сознаться в этом. Не помню, чтобы прототип такой"истории
развития"молодого
человека, ищущего высшей культуры, то есть"Ученические годы Вильгельма Мейстера"Гете, носился предо мною.
Париж уже не давал мне, особенно как газетному сотруднику, столько же нового и захватывающего. Да и мне самому для моего личного
развития, как
человеку моей эпохи и писателю, хотелось войти гораздо серьезнее и полнее в жизнь английской"столицы мира", в литературное, мыслительное и общественно-политическое движение этой своеобразной жизни.
Человек ввергся в стихию звериного хаоса и мучительной историей, трудовым
развитием, длительным процессом творчества должен выйти из этого зверино-хаотического состояния, очеловечиться, стать во весь свой рост, освободиться из плена для нового и окончательного избрания себе бытия в Боге или небытия вне Бога.
Люди религиозного сознания легко впадают в соблазн отрицания истории, для них закрывается смысл трудового
развития культуры и религиозно нейтрального процесса гуманизации.